Неточные совпадения
— В самом
серьезном, так сказать, в самой сущности дела, — подхватил Петр Петрович, как бы обрадовавшись вопросу. — Я, видите ли, уже десять лет не посещал Петербурга. Все эти наши новости, реформы, идеи — все это и до нас прикоснулось в провинции; но чтобы видеть яснее и видеть все, надобно быть в Петербурге. Ну-с, а моя
мысль именно такова, что всего больше заметишь и узнаешь, наблюдая молодые поколения наши. И признаюсь: порадовался…
А чтение, а ученье — вечное питание
мысли, ее бесконечное развитие! Ольга ревновала к каждой не показанной ей книге, журнальной статье, не шутя сердилась или оскорблялась, когда он не заблагорассудит показать ей что-нибудь, по его мнению, слишком
серьезное, скучное, непонятное ей, называла это педантизмом, пошлостью, отсталостью, бранила его «старым немецким париком». Между ними по этому поводу происходили живые, раздражительные сцены.
Некоторые отделы этой книги и введение были печатаемы в повременных изданиях, и другие части были читаны Сергеем Ивановичем людям своего круга, так что
мысли этого сочинения не могли быть уже совершенной новостью для публики; но всё-таки Сергей Иванович ожидал, что книга его появлением своим должна будет произвести
серьезное впечатление на общество и если не переворот в науке, то во всяком случае сильное волнение в ученом мире.
«Возможен скандал», — сообразил Самгин и тоже ушел, вдруг почувствовав раздражение против лектора, находя, что его фразы пошловаты и компрометируют очень
серьезные, очень веские
мысли. Он, Самгин, мог бы сказать на темы, затронутые доцентом Пыльниковым, нечто более острое и значительное. Особенно раздражали: выпад против критицизма и неуместная, глуповатая цитата из зеленой книжки.
— Да. В таких
серьезных случаях нужно особенно твердо помнить, что слова имеют коварное свойство искажать
мысль. Слово приобретает слишком самостоятельное значение, — ты, вероятно, заметил, что последнее время весьма много говорят и пишут о логосе и даже явилась какая-то секта словобожцев. Вообще слово завоевало так много места, что филология уже как будто не подчиняется логике, а только фонетике… Например: наши декаденты, Бальмонт, Белый…
— Конечно, смешно, — согласился постоялец, — но, ей-богу, под смешным словом
мысли у меня
серьезные. Как я прошел и прохожу широкий слой жизни, так я вполне вижу, что людей, не умеющих управлять жизнью, никому не жаль и все понимают, что хотя он и министр, но — бесполезность! И только любопытство, все равно как будто убит неизвестный, взглянут на труп, поболтают малость о причине уничтожения и отправляются кому куда нужно: на службу, в трактиры, а кто — по чужим квартирам, по воровским делам.
Это есть очень
серьезный кризис философской
мысли.
Ее
мысли становились все
серьезнее.
Как у меня радостно расширялось сердце, когда я слышала эти уверения от человека ученого,
серьезного: ведь ими подтверждались мои
мысли…
Только в том и была разница, что Natalie вносила в наш союз элемент тихий, кроткий, грациозный, элемент молодой девушки со всей поэзией любящей женщины, а я — живую деятельность, мое semper in motu, [всегда в движении (лат.).] беспредельную любовь да, сверх того, путаницу
серьезных идей, смеха, опасных
мыслей и кучу несбыточных проектов.
Предстоящая «забавка» была для Альфонса Богданыча самым
серьезным делом, требовавшим глубоких соображений и слишком много «счастливых
мыслей», как выражался он.
— Могу вас уверить, что
серьезного ничего не было… Просто были детские воспоминания; затем сама Надежда Васильевна все время держала себя с Приваловым как-то уж очень двусмысленно; наконец, старики Бахаревы помешались на
мысли непременно иметь Привалова своим зятем. Вот и все!..
Радостное известие было принято всеми 25 поселенцами молча; ни один не перекрестился, не поблагодарил, а все стояли с
серьезными лицами и молчали, как будто всем им взгрустнулось от
мысли, что на этом свете всё, даже страдания, имеет конец.
Всё это были такие
серьезные, такие даже мудреные иногда
мысли.
Все Заполье переживало тревожное время. Кажется, в самом воздухе висела
мысль, что жить по-старинному, как жили отцы и деды, нельзя. Доказательств этому было достаточно, и самых убедительных, потому что все они били запольских купцов прямо по карману. Достаточно было уже одного того, что благодаря новой мельнице старика Колобова в Суслоне открылся новый хлебный рынок, обещавший в недалеком будущем сделаться
серьезным конкурентом Заполью. Это была первая повестка.
Впрочем, Галактион упорно отгонял от себя все эти
мысли. Так, глупость молодая, и больше ничего. Стерпится — слюбится. Иногда Серафима пробовала с ним заговаривать о
серьезных делах, и он видел только одно, что она ровно ничего не понимает. Старается подладиться к нему и не умеет.
Она понимает, что Стриженый ей не пара, но в то же время в голове ее мелькает
мысль, что это первый «
серьезный» жених, на которого она могла бы более или менее верно рассчитывать.
Не знаю, понимала ли Аннушка, что в ее речах существовало двоегласие, но думаю, что если б матушке могло прийти на
мысль затеять когда-нибудь с нею
серьезный диспут, то победительницею вышла бы не раба, а госпожа.
Париж я полюбил. Он тогда не был так шумен и громаден, как теперь, но милее, наряднее, гораздо чище, с некоторым аристократическим пошибом. И то, что тогда
мыслило и чувствовало с более
серьезными запросами, надеялось на лучшие времена. Было в воздухе нечто, что потом, при Третьей республике, утратилось, когда настало царство довольной массы, более грубой погони за деньгами, тщеславием и чувственными утехами.
После того прошло добрых два года, и в этот период я ни разу не приступал к какой-нибудь
серьезной"пробе пера".
Мысль изменить научной дороге еще не дозрела. Но в эти же годы чтение поэтов, романистов, критиков, особенно тогдашних русских журналов, продолжительные беседы и совместная работа с С.Ф.Уваровым, поездки в Россию в обе столицы. Нижний и деревню — все это поддерживало работу"под порогом сознания", по знаменитой фразе психофизика Фехнера.
Баловство замечалось больше в Герцене. Он любовался не по летам развитым умом Лизы, ее жаргоном, забавными
мыслями вслух. Она и тогда еще, по тринадцатому году, была гораздо занимательнее, чем Ольга. Та ничем не проявляла того, что она дочь Герцена. Хорошенькая барышня, воспитанная на иностранный манер, без всякого выдающегося"содержания". И всего менее подходила к своему жениху, слишком
серьезному французскому ученому.
Брат сначала огорчился, по затем перестал выстукивать стопы и принялся за
серьезное чтение: Сеченов, Молешотт, Шлоссер, Льюис, Добролюбов, Бокль и Дарвин. Читал он опять с увлечением, делал большие выписки и порой, как когда-то отец, кидал мне мимоходом какую-нибудь поразившую его
мысль, характерный афоризм, меткое двустишие, еще, так сказать, теплые, только что выхваченные из новой книги. Материал для этого чтения он получал теперь из баталионной библиотеки, в которой была вся передовая литература.
Все это опять падало на девственную душу, как холодные снежинки на голое тело… Убийство Иванова казалось мне резким диссонансом. «Может быть, неправда?..» Но над всем преобладала
мысль: значит, и у нас есть уже это… Что именно?.. Студенчество, умное и
серьезное, «с озлобленными лицами», думающее тяжкие думы о бесправии всего народа… А при упоминании о «генералах Тимашевых и Треповых» в памяти вставал Безак.
Мне действительно захотелось было сказать что-нибудь позлее, в отместку за Крафта; я и сказал как удалось; но любопытно, что он принял было сначала мою
мысль о том, что «остались такие, как мы», за
серьезную. Но так или нет, а все-таки он во всем был правее меня, даже в чувствах. Сознался я в этом без всякого неудовольствия, но решительно почувствовал, что не люблю его.
О, опять повторю: да простят мне, что я привожу весь этот тогдашний хмельной бред до последней строчки. Конечно, это только эссенция тогдашних
мыслей, но, мне кажется, я этими самыми словами и говорил. Я должен был привести их, потому что я сел писать, чтоб судить себя. А что же судить, как не это? Разве в жизни может быть что-нибудь
серьезнее? Вино же не оправдывало. In vino veritas. [Истина в вине (лат.).]
Княжна тоже читала машинально. Почти одинаковые с княгиней
мысли бродили в ее голове, осложненные еще другим
серьезным делом — предстоящим исполнением начертанного Гиршфельдом замысла.
Пикантное личико вновь появившейся у княгини камеристки — нельзя сказать, чтобы не пробудило грешных
мыслей в уме падкого на счет клубнички Гиршфельда, но занятый в это время обдумыванием более
серьезных планов, он отложил до времени их осуществление. Грубые же заигрывания его с Александриной наедине встретили с ее стороны такой энергичный, полный собственного достоинства отпор, что заставили Николая Леопольдовича призадуматься и более не повторять их.
Но вот человечество выросло и с каждым годом становится все более мудрым, и вместо детских шумных игр его
мысли с каждым днем становятся
серьезнее и глубже.
— Нет, женитьба — шаг
серьезный, надо сначала взвесить предстоящие обязанности, ответственность… чтобы потом чего не вышло. Это меня так беспокоит, я теперь все ночи не сплю. И, признаться, я боюсь: у нее с братом какой-то странный образ
мыслей, рассуждают они как-то, знаете ли, странно, и характер очень бойкий. Женишься, а потом, чего доброго, попадешь в какую-нибудь историю.
Я сидел у растворенного окна, смотрел на полную луну и мечтал. Сначала мои
мысли были обращены к ней,но мало-помалу они приняли
серьезное направление. Мне живо представилось, что мы идем походом и что где-то, из-за леса, показался неприятель. Я, по обыкновению, гарцую на коне, впереди полка, и даю сигнал к атаке. Тррах!.. ружейные выстрелы, крики, стоны, «руби!», «коли!». Et, ma foi! [И, честное слово! (франц.)] через пять минут от неприятеля осталась одна окрошка!
Граф Аракчеев, конечно, не мог допустить и
мысли, что этот угрюмый, строгий, нелюбимый даже окружающими человек, является героем романа, и даже
серьезного романа, так ревниво охраняемой им — Тани.
Будучи от природы весьма обыкновенных умственных и всяких других душевных качеств, она всю жизнь свою стремилась раскрашивать себя и представлять, что она была женщина и умная, и добрая, и с твердым характером; для этой цели она всегда говорила только о
серьезных предметах, выражалась плавно и красноречиво, довольно искусно вставляя в свою речь витиеватые фразы и возвышенные
мысли, которые ей удавалось прочесть или подслушать; не жалея ни денег, ни своего самолюбия, она входила в знакомство и переписку с разными умными людьми и, наконец, самым публичным образом творила добрые дела.
Варвара Петровна, в двадцать лет отвыкшая даже от
мысли о чем-нибудь
серьезном и решительном во всем, что исходило лично от Степана Трофимовича, была глубоко потрясена, даже побледнела...
Однако
мысль о возможности сколько-нибудь
серьезного преобразования жизни при наличии самодержавия разделялась сравнительно немногими. В общем положений дел воспринималось нами вот как.
— Лиза, — вдруг сделавшись необычайно
серьезным, сказал Дмитрий Павлович, — если у тебя такая
мысль, на которую намекнул мне следователь, то оставь эту
мысль… Это невозможно даже допустить…
— Под этими фактами, — начал он, — кроется весьма
серьезное основание, а видимая неустойчивость — общая участь всякого народа, который социальные идеи не оставляет, как немцы, в кабинете, не перегоняет их сквозь реторту парламентских прений, как делают это англичане, а сразу берет и, прикладывает их к делу. Это общая участь! И за то уж им спасибо, что они с таким самоотвержением представляют из себя какой-то оселок, на котором пробуется
мысль человеческая. Как это можно? Помилуйте!
Этот проект создался молодым затаенным горем, опасностью огласки, стыдом перед целым городом,
мыслью о горьком позоре старого отца, которого она по-свóему любила детски-деспотическою любовью, а с тех пор как, покинутая Полояровым, осталась одна со своей затаенной кручиной, полюбила его еще более, глубже, сердечнее,
серьезней.
В следующие затем дни Андрей Ефимыч сказывался больным и не выходил из номера. Он лежал лицом к спинке дивана и томился, когда друг развлекал его разговорами, или же отдыхал, когда друг отсутствовал. Он досадовал на себя за то, что поехал, и на друга, который с каждым днем становился все болтливее и развязнее; настроить свои
мысли на
серьезный, возвышенный лад ему никак не удавалось.
Здесь положение казалось несравненно
серьезнее, чем было в действительности, и адская качка наводила на мрачные
мысли юношу, испытывавшего первый раз в жизни
серьезную трепку.
На платформе раздался продолжительный звонок, возвещавший отход поезда с ближайшей станции. Между инженерами произошло смятение. Андрей Ильич наблюдал из своего угла с насмешкой на губах, как одна и та же трусливая
мысль мгновенно овладела этими двадцатью с лишком человеками, как их лица вдруг стали
серьезными и озабоченными, руки невольным быстрым движением прошлись по пуговицам сюртуков, по галстукам и фуражкам, глаза обратились в сторону звонка. Скоро в зале никого не осталось.
Вся литература — и философская, и политическая, и изящная — нашего времени поразительна в этом отношении. Какое богатство
мыслей, форм, красок, какая эрудиция, изящество, обилие
мыслей и какое не только отсутствие
серьезного содержания, но какой-то страх перед всякой определенностью
мысли и выражения ее! Обходы, иносказания, шутки, общие, самые широкие соображения и ничего простого, ясного, идущего к делу, т. е. к вопросу жизни.
Хитрый и ловкий, граф Алексей Петрович Бестужев-Рюмин еще при Анне Леопольдовне вызван был из ссылки, куда попал по делу Бирона, и снова привлечен к общественной деятельности благодаря совершенному отсутствию всякого
серьезного дарования между людьми, державшими бразды правления. Один он был опытен в делах и умел владеть пером. Государыне он был неугоден, но умел хорошо излагать свои
мысли на бумаге и объясняться по-французски и по-немецки. По необходимости его удержали при делах.
Действительно ли влекло Станиславу к человеку, который во всех отношениях представлял полную противоположность ее собственной натуре, или, может быть, ее самолюбию льстила
мысль, что один ее взгляд, одно слово могло воспламенить
серьезного, спокойного и тогда уже несколько мрачного молодого человека?
Это обстоятельство отчасти успокаивало княжну Людмилу, а отчасти усиливало ее беспокойство. С одной стороны, она заключала из этого, что не случилось ничего
серьезного, а с другой — что, быть может, при ней, как причине разыгравшейся истории, умышленно о ней умалчивают. С такими лихорадочно прыгающими
мыслями возвратилась домой княжна Людмила.
Дело было в исходе марта, и Страстная неделя подходила к концу. Как ни опустился в последние годы Порфирий Владимирыч, но установившееся еще с детства отношение к святости этих дней подействовало и на него.
Мысли сами собой настраивались на
серьезный лад; в сердце не чувствовалось никакого иного желания, кроме жажды безусловной тишины. Согласно с этим настроением, и вечера утратили свой безобразно-пьяный характер и проводились молчаливо, в тоскливом воздержании.
На четвертой странице —
серьезная экономическая статья: «Наши денежные знаки», в которой развивается
мысль, что ночью с извозчиком следует рассчитываться непременно около фонаря, так как в противном случае легко можно отдать двугривенный вместо пятиалтынного, «что с нами однажды и случилось».
Работа
мысли, проникновение к самым источникам невзгоды — представляют очень
серьезное облегчение.
А раз это так, то насколько же важнее
серьезное и внимательное изучение той физиологической почвы, на которой вырастает жизнеотношение людей, чем изучение их
мыслей и чувств самих по себе.
Однако что значит в этом смертно-серьезном деле голое понимание? Требуется что-то другое, гораздо более прочное и глубокое. «Позади твоих
мыслей и чувств, брат мой, стоит могучий повелитель, неведомый мудрец, — он называется Сам. Так говорил Заратустра». Этот «Сам» живет не пониманием, не
мыслями, а тем, что непосредственно исходит из глубочайших глубин человеческой души.
Ухтищев смотрел, как рвется из уст его спутника бессвязная речь, видел, как подергиваются мускулы его лица от усилия выразить
мысли, и чувствовал за этой сумятицей слов большое,
серьезное горе.